Пробуждение





Хотел куда-нибудь вернуться снова,

Хотел я в прошлое свернуть,
Забытое услышать слово,
Но суждено в печали утонуть.



Та жизнь как старая дорога,
Ведет в забытый богом рай.
Опавшие листы… Убого,
Раскисли в грязи. Хоть не собирай,

Текущие с обрывков фразы,
Как лет упавшие мосты.
Святых линялые образы,
И пыль из дней,
   что старые рождает сны.

Извечно монотонное теченье,
И уходя обратно не свернуть,
Во времени умрёт мгновенье,
А память забывает суть.


- У нас остался только один вопрос. Кто в этом всём виноват?

- А я не знаю, кто виноват в том, что вот он есть мир, в котором по утрам встаёт Солнце.



Редакция для Издания "Нарок"

Можешь слагать легенды. Какие? Да какие хочешь такие и слагай.

Маленькая девочка пишет:
"Когда в теме про индуизм я начала описывать устройство мира, таким как мне его показали во время глубоких медитаций в гималайском ашраме, практически все люди перестали меня понимать. Потому, что они могли мои слова сравнивать лишь с теми категориями понятий, которые имели. У них отсутствует некоторая часть опыта, полученного мной. Опыт этот настолько отличен от привычных категорий, что люди перестают понимать. Они мои слова интерпретируют через свой опыт и приходят к ошибочным выводам".

А вот это не публицистика:

Маленькая девочка со взглядом волчицы,
Я тоже когда то был самоубийцей.
Я тоже лежал в окровавленной ванне
И молча вкушал дым марихуаны.
Ты видишь как мирно пасутся коровы
И как лучезарны хрустальные горы.
Мы вырвем столбы, мы отменим границы.
О, маленькая девочка со взглядом волчицы!
Спи сладким сном, не помни о прошлом.
Дом, где жила ты, пуст и заброшен.
И мхом обрастут плиты гробницы
О, маленькая девочка со взглядом волчицы.

@ Крематорий

Цыфирии


Было ехал я по степи и казалось сам ветер качал меня и коня, будто мираж. Смотрю навстречу всадник.
- Куда путь держишь? У него спрашиваю.
- В Суздаль.
- О! А у меня в Суздале девушка живёт, письмецо ей доставишь?
- Отчего не доставить? Пиши.
А кругом степь да ковыль и под рукой лишь хвост кобылы. Думаю, ну хоть уздалью ей напишу.
Мало ли, много времени проходит, а хлопец уже торопится:
- Ну ты чего ей богу, Талмуд что-ли там глаголишь? Уже полхвоста у моей лошади скрутил.
- Так ведь счесть дело-то нехитрое, считай себе да читай.

Письмо поэту

Озёра глаз твоих что созерцают, досель неведомую даль,

Закрыты веками. В глубинах тают, любовь и радость, и печаль.

Прощай! Что одиночество слепого мира? Что красок прежних суета?

- Ты не мешай, я созерцаю!

- Не я мешаю. Созерцай!

И то смешение и это.

- Ты знаешь не смешно совсем. Вот та тоска убьёт поэта.

И эта радость не у дел.

- Вот и грядущее увидел, ну что ж, грядущее грядёт.

- Быть может я тебя обидел? Так холодно и сердце лёд.

- Но не умрёт, покуда плач исходит солью и памятью не видна мгла.

А знаешь, я ведь не иначе и раньше чувствовать могла.

О Мира Пуп! Как шрам иного Мирозданья при нас останется всегда,

И если ты не глуп, следами, уже не кормишься сполна.

О трансцендентном


Когда две молнии разной природы ударили друг в друга со всей своей мощью
и каждая из них чувствуя свою силу преследовала другую и каждая из них
чувствуя свою слабость отступала перед другой....
Что родилось вперед разум или любовь?

Я посочувствовал сполна

В мире много тупых адвокатов,
Чем глупей, тем дороже берёт.
Можно высказать много досады,
Он писал мне те годы вперёд.
Возмещает ущерб по закону,
Кто решил так как я порулить.
Даже если бы лопнули сходу,
Все покрышки... Нет слов заплатить.
Ах зачем я повёлся на моду,
Посчитать, что не мог отвратить,
И доверил защиту уроду,
Что не может в суде говорить.
И теперь на скамье подсудимых,
Где горит моя пьяная честь,
Мне не вылакать слёз тех стыдливых,
Принародно, которые есть.



1